Воскресенье 11 Декабрь 2016, 18:44
Местами затруднения
Главная страница > Новости > Общество > Екатеринбургские социологи составили портрет таджикского мигранта

Екатеринбургские социологи составили портрет таджикского мигранта

17 октября 2009 16:03

В Екатеринбурге состоялся Круглый стол, на котором были представлены результаты масштабного исследования «Общественный мониторинг и анализ процессов трудовой миграции из Республики Таджикистан в Свердловскую область». Исследование было проведено сотрудниками кафедры прикладной социологии Уральского государственного университета имени А.М.Горького и Института философии и права Уральского отделения Российской Академии наук в рамках проекта «Общество и мигранты: от адекватной информации к разумному сосуществованию». Об этом сообщает агентство Фергана.ру.

Исследование, проведенное екатеринбургскими учеными с ноября 2008 по март 2009 года, включало в себя социологический опрос мигрантов из Таджикистана, мониторинг СМИ по освещению миграционной проблематики, анализ миграционного законодательства, нарушений прав мигрантов и правоприменительной практики, а также выработку рекомендаций на основе анализа результатов исследования.

Результаты социологического опроса, охватившего более 300 респондентов, представили социологи Михаил Вандышев и Наталья Веселкова. В соответствии с данными соцопроса, средний возраст приезжающих на Урал таджиков составляет 32 года. Каждый второй (50 процентов) из числа опрошенных приехал из различных городов Таджикистана, каждый третий - из сельской местности (36 процентов) и примерно каждый десятый - из Душанбе. 57 процентов жителей Таджикистана приехали в Екатеринбург одни, 24 процента - с родственниками, 17 процентов - со знакомыми. Чаще всего мигранты берут с собой в Россию братьев и сестер, реже - супругов и детей, в исключительных случаях - родителей или дядю. Почти половина мигрантов приехали к родственникам (48 процентов), таких больше всего среди женщин. 30 процентов опрошенных приехали к знакомым, и 19 процентов не рассчитывали ни на кого, приехали сами по себе.

Приезжая в Россию, три четверти опрошенных (78 процентов) рассчитывали, по их словам, на помощь «своих» - родственников (48 процентов) и знакомых (30 процентов). Местных жителей (не таджиков) в качестве возможного источника поддержки назвали около 3 процентов (8 человек). «Диаспора» и «официальные лица» были названы всего по одному разу. Каждый пятый (19 процентов) ответил «ни к кому». Эти данные очень показательны и указывают на слабую деятельность таджикских диаспор в Свердловской области. Для подавляющего большинства опрошенных таджикские диаспоры и общины остаются чем-то далеким и недоступным: «Знаю, что есть, но не знаю где, по телевизору вижу», - дважды была зафиксирована удивленная реакция респондентов на вопрос об общине: помощи «не получал, разве есть такие [общины]?» 84 процента опрошенных (85 процентов мужчин, 79 процентов женщин) указали, что у них нет отношений с «активистами» таджикской диаспоры, общины. Около двух третей критических формулировок характеризует диаспоры как корыстные и даже криминальные организации: «все что они делают,- в корыстных целях», «не брать взятки», «не вымогать деньги с иммигрантов», «поменьше вымогательств и притеснений своих соотечественников», «покажите мне одного таджика, которому помогла бы диаспора, [они ищут] только свою выгоду», «убрать вымогателей и криминал из общества», «бандиты», «устранить коррупцию и вымогательства совета директоров» и так далее. Исследователи предполагают, что либо диаспоральные связи основываются на родственных связях, либо родственные связи внутри диаспоры более эффективны в плане оказания помощи.

Анализируя структуру занятости мигрантов, исследователи приходят к выводу, что ядром мигрантов из Таджикистана, безусловно, являются работники без квалификации или же обладающие низкой профессиональной квалификацией (разнорабочие, мойщицы посуды и прочее). Вместе с тем достаточная доля (около пятой части) мигрантов заняты в торговых структурах, в том числе в магазинах, на рынках и так далее. Как удалось установить, 35 процентов граждан Таджикистана трудятся разнорабочими, 17 процентов - продавцами, 15 процентов - строителями, 8 процентов - предпринимателями (продают фрукты), 6 процентов - водителями. Должности квалифицированных специалистов занимают только 11 процентов мигрантов. Каждый пятый мигрант работает на складе, овощебазе, на стройке или в торговом предприятии, каждый десятый - на транспорте.

Анализ бытового положения мигрантов также дал ожидаемые результаты: подавляющее большинство гастарбайтеров из Таджикистана живут на арендуемой площади. Так, 93 процента опрошенных снимают квартиру, комнату и сами платят за аренду, 3 процента указали на «служебное» помещение, предназначенное для жилья, но они за него не платят, 1,3 процента - служебное помещение, не предназначенное для жилья, и они за него не платят (это могут быть гаражи, строительные площадки и проч.). Средняя стоимость аренды - 6,1 тысячи рублей, что существенно ниже рыночной стоимости, если иметь в виду аренду комнаты и квартиры. Однако очевидно, что мигранты чаще всего арендуют жилье группами, и этом случае можно смело утверждать, что таджикистанцы, работающие в Екатеринбурге, платят меньше рыночной стоимости, что указывает на низкое качество жилья, и низкое, в целом, качество жизни.

Таджикские мигранты живут довольно замкнуто и обособленно, не стремясь лишний раз выходить на контакт с местными жителями и государственными органами. Так, согласно данным исследования, 55 процентов граждан Таджикистана в Свердловской области никогда не вступали в «отношения» с Управлением федеральной миграционной службы, 64 процента - с учреждениями здравоохранения, 84 процента - с органами образования. Еще 42 процента по понятным причинам стараются избегать общения с правоохранительными органами, однако самые большие сложности у мигрантов возникают именно с ними. 33 процента опрошенных таджиков оценили взаимоотношения с милицией как «плохие». Самой главной проблемой опрошенные назвали вымогательство и рэкет со стороны милиции и ДПС, прежде всего - сержантов (28 процентов). По мнению опрошенных, офицеры общаются с мигрантами более уважительно. О несоблюдении сотрудниками правоохранительных органов законодательства во взаимоотношениях с мигрантами заявили 18 процентов опрошенных, примерно столько же (16 процентов) сообщили о том, что сотрудники патрульно-постовой и дорожно-постовой служб (ППС и ДПС) предвзято относятся к таджикам. Из данных исследования следует, что именно сотрудники милиции лидируют и по частоте оскорблений в адрес мигрантов.

Адекватному общению с русскими мешает и недостаточное знание мигрантами русского языка. По результатам опроса, свободно владеют русским языком 16 процентов, «владеют средне» - 65 процентов, а 18 процентов оценивают свое владение русским языком как «слабое». Весьма показательно, что большинство участников исследования оценивают уровень владения русским языком как недостаточный: на это указали две трети респондентов, и только каждый третий считает свой русский достаточным (35 процентов).

Зато общение с далекой родиной проходит весьма интенсивно. 92 процента таджиков постоянно посылают деньги на родину. Суммы варьируются от одной до 35 тысяч рублей, средний перевод - 6354 рубля. Чаще всего (58 процентов) называли сумму в 5 тысяч рублей. Основной способ общения трудовых мигрантов из Таджикистана в Екатеринбурге с родственниками, оставшимися на родине, - телефонные звонки (их совершают 99 процентов опрошенных). Общаются при помощи Интернета (электронная почта, ICQ) четыре человека - двое мужчин и две женщины. Каждый год подавляющее большинство мигрантов возвращаются на родину (69 процентов), 6 процентов делают это еще чаще. Но 19 процентов ни разу не были в Таджикистане со времени своего прибытия в Россию - можно сказать, что почти каждый пятый таджик уже не возвращается домой. Каждый третий опрошенный собирается постоянно жить в России, каждый второй - планирует вернуться обратно, если ситуация в Таджикистане улучшится. Однако еще 15 процентов не смогли определиться с ответом о своей дальнейшей судьбе.

Подводя итоги исследования, авторы приходят к следующим выводам. «Повседневная жизнь трудового мигранта из Таджикистана выглядит, судя по результатам исследования, так: работа с половинным доходом на себя, обмен информацией в своей этнической среде - рабочем коллективе, дефицит заботы, негативно окрашенные контакты по дороге домой, съемное жилье низкого качества, СМИ, контакты по телефону с родными и близкими, оставшимися на Родине, низкая степень влияния на ситуацию: необходимость соблюдать навязанные правила (официальные оформления). Группа трудовых мигрантов отличается высокой степенью изолированности, отсутствием возможности и желания активно взаимодействовать с местным сообществом. Также существенной характеристикой таджикистанцев-трудовых мигрантов является высокая степень гомогенности группы - внутри группы практически нет классифицирующих признаков, корреляционные связи крайне слабые - все таджикистанцы-мигранты похожи друг на друга».



Ключевые слова: екатеринбург, мигранты, таджикистан, ургу

Комментариев пока нет Написать?
 

Материалы по теме

Санврачи рекомендовали сделать прививки от полиомиелита 1 мая 2010 14:10

Главные новости

Система Orphus